"Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Притулы Галины Юрьевны
на нарушение ее конституционных прав положениями абзаца четвертого пункта 2
статьи 11, статей 39, 143 и 235 Налогового кодекса Российской Федерации"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя М.В.Баглая,
судей Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, В.Д.Зорькина,
С.М.Казанцева, А.Л.Кононова, В.О.Лучина, Н.В.Селезнева, В.Г.Стрекозова, О.И.Тиунова,
О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Н.С.Бондаря, проводившего на
основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Г.Ю.Притулы,
установил:
1. Гражданка Г.Ю.Притула - нотариус, занимающийся частной практикой, в своей
жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривает конституционность
положения абзаца четвертого пункта 2 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации,
согласно которому для целей данного Кодекса под индивидуальными предпринимателями
понимаются физические лица, зарегистрированные в установленном порядке и
осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица,
а также частные нотариусы, частные охранники, частные детективы.
По мнению заявительницы, приведенное положение, как уравнивающее частных
нотариусов с индивидуальными предпринимателями, обусловливает и равные с ними
обязанности по уплате налогов и исполнению иных налоговых обязанностей, что не
учитывает особый характер нотариальной деятельности. В связи с этим заявительница
просит проверить также конституционность ряда статей Налогового кодекса Российской
Федерации, из которых - в системной связи с оспариваемым положением - вытекает, как она
считает, признание законодателем нотариальных действий реализацией товаров, работ или
услуг (статья 39), частных нотариусов - плательщиками налога на добавленную стоимость
(статья 143) и плательщиками единого социального налога (статья 235), что не согласуется с
публично-правовым статусом частных нотариусов, создает неопределенность относительно
субъектов налогообложения и противоречит статьям 1, 2, 6, 7, 15, 17, 18, 19, 23, 35 и 57
Конституции Российской Федерации, а также части шестой статьи 1 Основ законодательства
Российской Федерации о нотариате, которой установлено, что нотариальная деятельность
не является предпринимательством и не преследует цели извлечения прибыли.
2. Анализ оспариваемого положения в нормативном единстве с другими положениями
статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации свидетельствует, что некоторые
межотраслевые понятия, в том числе понятие "индивидуальные предприниматели",
употребляются в специальном значении исключительно для целей данного Кодекса, причем
в группу субъектов налоговых отношений, объединенных родовым понятием
"индивидуальные предприниматели", частные нотариусы включены наряду с физическими
лицами, зарегистрированными в установленном порядке и осуществляющими
предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. Поэтому
систематическое толкование оспариваемого положения позволяет сделать вывод, что
правовой статус частных нотариусов не отождествляется с правовым статусом
индивидуальных предпринимателей как физических лиц, осуществляющих
предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с момента
государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя (статья 23 ГК
Российской Федерации). Это согласуется с Основами законодательства Российской
Федерации о нотариате, в соответствии со статьей 1 которых нотариальная деятельность не
является предпринимательством и не преследует цели извлечения прибыли.
Допустимость такого законодательного подхода - отнесение частных нотариусов как
субъектов налоговых обязательств к одной группе с индивидуальными предпринимателями -
вытекает в том числе из особенностей статусных характеристик частных нотариусов,
выявленных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 23
декабря 1999 года по делу о проверке конституционности отдельных положений статей 1, 2,
4 и 6 Федерального закона "О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской
Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд
занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского
страхования на 1999 год" и статьи 1 Федерального закона "О внесении изменений и
дополнений в Федеральный закон "О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд
Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации,
Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды
обязательного медицинского страхования на 1998 год": как самозанятые граждане, частные
нотариусы осуществляют свободно избранную ими деятельность на основе частной
собственности и на свой страх и риск (пункт 10 мотивировочной части), отвечая по своим
обязательствам всем принадлежащим им имуществом, за исключением имущества, на
которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (статья 24 ГК
Российской Федерации).
Не противоречит данному пониманию оспариваемого положения и то, что деятельность
занимающихся частной практикой нотариусов является особой юридической деятельностью,
которая осуществляется от имени государства, чем предопределяется специальный
публично-правовой статус нотариусов (данная правовая позиция изложена в Постановлении
Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 1998 года по делу о проверке
конституционности отдельных положений статей 2, 12, 17, 24 и 34 Основ законодательства
Российской Федерации о нотариате). Определенная схожесть статусных публично-правовых
характеристик нотариусов и адвокатов, на которую указывает заявительница, не исключает
возможности применения законодателем социально оправданной дифференциации в
правовом регулировании налоговых отношений применительно к этим категориям
самозанятых граждан.
Таким образом, данное в Налоговом кодексе Российской Федерации определение
индивидуальных предпринимателей имеет специально-терминологическое значение, а
содержащиеся в пункте 2 его статьи 11 нормы-дефиниции предназначены для применения
исключительно в целях налогообложения. Самостоятельного же регулятивного значения -
как норма прямого действия - абзац четвертый пункта 2 статьи 11 Налогового кодекса
Российской Федерации не имеет и не может нарушать прав и свобод заявительницы.
Что касается статей 39, 143 и 235 Налогового кодекса Российской Федерации, то сами
по себе они не содержат каких-либо требований по уплате налогов (обязательств) частными
нотариусами, не предусматривают для них конкретных налоговых обязанностей, а также не
устанавливают элементов налогообложения, а именно объект налогообложения, налоговую
ставку, порядок исчисления налога на добавленную стоимость и единого социального
налога, порядок, сроки и льготы по их уплате. (Регламентация элементов налогообложения
этих налогов не оспаривается и заявительницей.)
Следовательно, нет оснований утверждать, что статьи 39, 143 и 235 Налогового кодекса
Российской Федерации во взаимосвязи с абзацем 4 пункта 2 статьи 11, признавая частных
нотариусов наряду с индивидуальными предпринимателями плательщиками налога на
добавленную стоимость и единого социального налога, не учитывают юридический статус
частных нотариусов как самозанятых граждан и нарушают их конституционные права.
3. Согласно статьям 96 и 97 Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации" гражданин вправе обратиться в
Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение своих
конституционных прав и свобод законом и такая жалоба признается допустимой, если
оспариваемым законом, примененным или подлежащим применению в деле заявителя,
затрагиваются его конституционные права и свободы.
******
Абзац второй пункта 3 мотивировочной части настоящего определения опубликован в
"Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации", 2003 г., N 1 в иной редакции
******
Поскольку отнесение частных нотариусов к индивидуальным предпринимателям, имея
условное значение для налогового законодательства, само по себе не создает
неопределенность относительно субъектов налогообложения, не затрагивает
конституционные права и свободы заявительницы, а ее ссылки на несоответствие
оспариваемых положений статьям 1, 2, 6, 7, 15, 17, 18, 19, 23, 35 и 57 Конституции
Российской Федерации носят произвольный характер, данная жалоба не отвечает критерию
допустимости в соответствии с требованиями Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью
первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Притулы Галины Юрьевны,
поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба
признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе
окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Собрании законодательства
Российской Федерации" и "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".
Председатель Конституционного Суда
Российской Федерации М.В.Баглай
Судья-секретарь Конституционного
Суда Российской Федерации Ю.М.Данилов